|
Количество
|
Стоимость
|
||
|
|
|||
Осажденный город. Хая Пинхасовна Лиспектор (Клариси Лиспектор)
Нужно большое терпение, чтоб строить и разрушать, и строить сызнова, и знать, что можешь умереть как раз в тот день, когда разрушила с целью воздвигнуть.
Красные розы на обоях были вне пределов зеркала, горы из роз, что в своей неподвижности наступали на нее.
...она с отвращением взглянула на эти вещи, сделанные из самих вещей, фальшиво домашние, курочки, что клюют из ваших рук, вас не узнавая, - всего лишь вещи, одолженные у других вещей, а эти другие - у третьих. Приютясь на полках или бесстрастно прилепясь к полу и к потолку - безразличные и спесивые, как петух. Ибо все, что было создано, было одновременно спущено с цепи.
Неприступный город был последним опытом. Пройдя через него, оставалось только умереть - это и было завоевание.
В какие-то факты она верила, в другие — нет. Не верила, что облака состоят из сгустевших паров: зачем так? Вон ведь они, облака. К поэтическим оборотам относилась отрицательно. Любила, когда рассказывают как оно есть на самом деле, расставляя всё по своим местам. Это она всегда обожала — она-то, кому, чтоб изучить местность, так и хотелось пролететь над нею птицей, самый был бы лёгкий для неё путь. Ей нравилось остановиться на сути вещей: весёлая улыбка весела, пространный город пространен, красивое лицо красиво — так доказывала она себе правоту своего взгляда на вещи. Иногда она достигала еще более совершенного взгляда: город, вот он каков, город. Но грубому её уму не хватало пока высшей тонкости, чтоб увидеть и назвать просто: город.